Мет Уаймен - За стеклом [Коламбия-роуд]

Войдя в кухню, мы ощутили себя на страницах модного журнала о правильном образе жизни. Здесь тоже похозяйничал наш домовладелец, и теперь у нас появились начищенные столешницы и шикарные шкафчики для посуды, мойка «Белфаст» и высоченный холодильник о двух дверцах. Яркий свет и клубящийся пар в его недрах заставляли думать, что там хранятся райские лакомства, не больше и не меньше.

— Это слишком круто, чтобы быть правдой, — сказала я. — В чем же подвох?

Слим вытащил из холодильника одну из тех крошечных лоханочек с йогуртом, форма которых, как предполагается, заставляет человека регулярно употреблять их содержимое, и ткнул ею в веб-камеру в углу за нами.

— Весь подвох в том, что я теперь больше не смогу таскать продукты с полок Павлова или поглощать их за столом. По крайней мере, без свидетелей.

Стол фактически остался едва ли не единственным предметом, которого не коснулись перемены, и в некотором роде это было отрадно. Хотя если он и казался слегка потрепанным жизнью в сравнении со всей этой блестящей новизной, старый стол тем не менее давал понять, что все это великолепие наше, что это мы тут живем.

— Картье ничего не упустил, — признал Слим, когда я хорошенько осмотрелась по сторонам. — Иногда меблировка в показательных домах выглядит слишком уж безупречной. Они смотрятся мило, но в них не создается ощущения обжитого пространства, и это может затруднить продажу. Если говорить о виртуальном мире, то любой зритель ошалеет, войдя через парадную дверь, но они почувствуют себя куда лучше этажом выше. Будем надеяться, что наши спальни выглядят по-прежнему. В конце концов, очень многим как раз отступление от идеала и дает возможность почувствовать себя как дома.

Теория Слима казалась вполне разумной, и я могла понять, почему она неприменима к гостиной, где мы обнаружили его старый диван, затмевающий все прочие красоты.

— Глянь-ка! — Слим вошел, совершая обороты вокруг оси. — Ты только посмотри на это!

Свет был погашен, но из-за занавесок пробивалось бледное свечение уличных фонарей. Достаточно, чтобы я заметила, что это уже никакие не занавески, а шикарные портьеры. В тени явно скрывались и другие перемены, так что мне показалось, будто мы украдкой заглядываем под обертку подарка, который предстоит развернуть только утром.

— Пожалуй, я согласна называть все это своим домом, — вторила я, оглядывая изысканные абстракции, сменившие на стенах безвкусный китч.

Слим рухнул на диван. Я видела, как его взгляд остановился на лакированной стойке прямо впереди, с телевизором сверху и игровой консолью, аккуратно выложенной на нижнюю полочку. Этого оказалось достаточно, чтобы Слим тут же оказался перед нею на коленях.

— Картье даже распутал провода, — восторженно объявил он и нащупал клавиатуру в собственной нише. — Этому парню точно известно, как сделать меня шелковым.

Когда Слим вернулся, я уже сидела на диване, радуясь возможности вытянуть наконец ноющие от ходьбы ноги.

— Может, отправимся спать? — спросила я, прижимаясь к нему в тусклом свете. — Знаю, там нет ничего нового, но сейчас мне хочется поближе познакомиться с нашей кроватью. Под покровом ночной тьмы, естественно.

— Конечно, — кивнул Слим, но вместо этого защелкал по клавиатуре. — Только сначала я хочу взглянуть еще кое на что.

— На что именно? — спросила я, когда экран ожил.

Лишь когда тот осветился полностью, я заметила прямо над ним веб-камеру. Но сообразила, какое шоу нам предстоит увидеть, не раньше чем Слим ответил:

— Я хочу посмотреть на нас.

20

Щелк-щелк по клавишам, и мы со Слимом приготовились узреть, куда выведет наш новый адрес. Мой друг сидел, нога на ногу, держа клавиатуру на колене, и делал вид, будто недоволен, что я ерошу ему волосы.

— Ты готова?

— Посмотрим, есть ли дома кто-нибудь, — сказала я.

Картинно занеся палец, Слим ткнул в волшебную кнопку. Окошко браузера побелело, и на экране возникла страничка-приветствие:

caminside.co.uk Жилье для тех, кто ценит уют Один из домов открыт для осмотра (договариваться о времени визита не обязательно)

Прихожая Приглашаем спонсоров!

Гостиная Приглашаем спонсоров!

Кухня Приглашаем спонсоров!

Лестница Приглашаем спонсоров!

Спальня 1 Приглашаем спонсоров!

Спальня 2 Приглашаем спонсоров!

чат послать сообщение зарегистрироваться

Какое-то время мы оба не могли произнести ни слова. Просто изучали меню, гадая, как именно нас подадут на стол.

— «Для тех, кто ценит уют»? — покачал головой Слим. — Получается, мы просто компания домоседов?

— Наверное, так и было задумано. Ни один спонсор не захочет выкладывать денежки за камеру, которая будет снимать пустоту.

— Всякий, кто заявляет, что якобы ценит уют, — продолжал он, — на самом деле просто помирает со скуки.

— И что дальше? — спросила я. — Предположим, не все посетители разделяют твой скептицизм.

Слим сказал: «Смотри», и нацелился на вторую по счету камеру. Внезапно на экран выскочило новое окно, в котором тут же появились мы: Слим и я. Поначалу картинка дергалась, но довольно быстро обрела устойчивость.

— Проклятье! — вскричала я, вскакивая с дивана, и состроила гримасу, когда изображение последовало моему примеру. — И сколько народу нас сейчас видит?

Камера выбрала ракурс сверху, а уличный фонарь подсвечивал нас на манер театрального софита.

— По меньшей мере, мы с тобой смотрим, — сказал Слим. — Сотрудники Пятого канала, наверное, места себе не находят.

— Пятый канал показывает обнаженку, — напомнила я, — а мы — нет.

— И еще: мы не транслируем звук, — добавил Слим, проверяя громкость при помощи пульта. — Для нас это большой плюс, а вот специалисты читать по губам автоматически получают немалое преимущество.

— Наверное, там и такие водятся. — Сказав это, я осознала, что прикрываю рот ладонью. — Откуда нам знать?

Слим опустил курсор на иконку чата, открылось новое пустое окно.

— Ну, здесь царит молчание, — сказал он. — Просто еще рано. Сайт и работает-то всего несколько минут.

— Может, они стесняются?

— Пока что, — уверил меня Слим, закрывая окно чата, — мы здесь совершенно одни.

Я попросила его кликнуть на расположенную рядом иконку регистрации, мне было интересно узнать еще что-нибудь. Всплывшая страничка умоляющим тоном попросила нас оставить адрес своей электронной почты. Это означало, по версии сайта, что мы сможем получить «еще больше потрясающих подробностей» о портфеле недвижимости Картье. Но мне почему-то не захотелось оказаться первым номером в его списке.

— Не желаю общаться с нашим домовладельцем больше, чем это необходимо, — заявила я.

— Ты чертовски права. — Слим устроился рядом. — В каждом договоре о найме имеется неписаный пункт, обязывающий жильца принимать все меры, чтобы не оказаться дома в день выплаты аренды.

— По крайней мере, мы можем больше не волноваться об этом.

— Нам вообще мало о чем теперь стоит волноваться. — Слим еще немного потыкал в клавиши, и на экране вновь появилось окошко веб-камеры, а в нем — мы сами. — Прямо сейчас мы можем заняться, чем пожелаем, и никто нас не увидит.

Телевизионный Слим повернулся ко мне с плутовским выражением лица.

— Я все вижу, — предупредила я, но Слим не сбавил обороты. — Ну, прекрати. Не перед камерой… хватит!

Звук спускаемой наверху воды заставил нас обоих прийти в себя. Я отодвинулась от Слима и разгладила платье, тогда как Слим, наплевав на свой внешний облик, ухватился за клавиатуру и быстренько переключился на камеру над лестницей.

— Вот он, наш орел! — объявил он, когда на экране показался Павлов, покидающий туалет. — «Гвоздь» шоу.

Мой брат бочком вошел в ванную. Было слышно, как наверху потекла в ванну вода, затем последовали сердитые скребущие звуки.

— Долго ж он там сидел, — отметила я и почувствовала, как Слим рядом кивнул.

Павлов вновь вышел на лестницу, явно не избавившись от беспокойства. Громовой стук бегущих ног чуть опередил его появление в гостиной: наш «любовный хирург» с лицом, соответствовавшим поступи.

— Здесь побывали строители.

Слим вопросительно уставился на него и ответил, что мы знали об этом и раньше.

— Люди Картье. Кензо и монтажники. Если травка плохо влияет на твою память, Павлов, я думаю, тебе больше не следует курить.

Падавший из коридора свет бил мне в глаза, но я все же сумела разглядеть гнев на лице своего брата.

— Они воспользовались нашими удобствами, — объяснил он.

— И что с того?

Циско, строители и туалет не совместимы.